Входит ли Россия в ЕС в 2020 году

Сохранится ли Европейский союз в 2020 году?

В шаге от Брексита

Сегодня мир содрогается от множества событий, о которых ещё вчера даже подумать было страшно. Мы как-то незаметно привыкли к тому, что ядерное оружие может быть применено в ходе какого-то локального конфликта. Мы без особого волнения рассуждаем о войне, к примеру, между США и Ираном, хотя и понимаем, что такая война по своей разрушительной силе и последствиям нанесет урон не меньше, чем Вторая мировая. Особенно учитывая наличие в регионе государств с ядерным оружием и АЭС. Наше спокойствие просто поражает.

Одно из событий, которое может во многом «перевернуть мир», должно произойти совсем скоро. Великобритания все-таки решила выходить из Европейского союза. Тот самый Брексит, о котором уже подзабыли многие, должен быть осуществлен 31 октября 2020 года. Для понимания самой сути Брексита нужно окунуться в историю.

Парадокс, но сегодня совсем немногие помнят даже первоначальное название ЕС. Не говоря уже о том, для чего он вообще создавался. Итак, причины создания союза европейских государств кроются в простом человеческом желании европейцев жить богаче, в желании как-то выровнять уровень жизни в Европе, чтобы прекратить миграцию населения из бедных стран в богатые.

Проще говоря, европейские монстры экономики решили интегрировать экономики бедных стран в единую систему. Это не альтруизм богачей. Это трезвый расчет. Германия, Франция и Великобритания получали огромный рынок сбыта собственных товаров, остальные страны существенно поднимали уровень жизни собственных граждан. Отсюда и название союза: ЕЭС (Европейское экономическое сообщество). Кстати, на первом этапе поставленные задачи были выполнены полностью.

А вот дальше стали происходить события, которые реально перестали нравиться «богатеям» ЕЭС. Правда к этому времени ЕЭС стало просто ЕС. Страны, которых содержали (и содержат сегодня) богатые европейцы, стали «открывать рот». Прекрасный пример такого поведения — Польша. Страна, которая ещё недавно была бедным родственником Германии и Франции, сегодня претендует на ведущую роль в стане младоевропейцев, подтягивая к себе Прибалтику, Украину и другие постсоветские страны.

Кроме этого, в определенный момент эти страны стали просто балластом, мешающим развитию экономики «старой» Европы. Промышленность в бедных странах была «убита», а возможности промышленности богатых стран были ограничены чисто физически. В определенный момент «старая Европа» стала просто кормить новых членов ЕС.

По моему мнению, последней каплей терпения британцев стали новоевропейцы, страны бывшего социалистического лагеря, которые изначально вошли с состав ЕС именно как балласт, как ядро в ногах погибшего в море матроса. Что привело к обесцениванию евро и падению уровня жизни в богатых странах.

А если добавить к этому «стихийное бедствие» в виде миллионов новых мигрантов, заполонивших европейские страны и совершенно не желающих интегрироваться в европейскую жизнь, не желающих работать и соблюдать законы Европы, то ситуация становится практически безнадежной. Вот тогда-то, в 2016 году и был проведен референдум о выходе Британии из ЕС.

Удар по кошельку

Надо признать, что референдум в Британии был проведен блестяще. Для достижения нужного результат правящая консервативная партия использовала все имеющиеся ресурсы. И законные и незаконные. То, как проводилась компания по агитации за выход Великобритании из ЕС, уже вошло в учебники по политологии ведущих университетов мира.

Консерваторы «ударили по святому» для каждого британца — по кошельку! Мол, мы платим огромные деньги из ваших налогов на содержание народов-лентяев. Народов, которые просто не хотят работать. Согласитесь, что у большинства не обремененных мыслями о политике граждан такой аргумент вызовет справедливый гнев. «Я хочу, чтобы мои налоги правительство тратило на мою страну, на меня. »

Итог голосования стал для многих британцев шоком. Точнее, страна разделилась на два непримиримых лагеря. Половина, точнее, чуть больше половины подданных Великобритании проголосовали за выход из ЕС. Около 52%. Таким образом, механизм Брексита был запущен. Великобритания, с её традиционным консерватизмом, стала основательно готовиться к выходу из ЕС.

Понимание тяжести сделанного выбора пришло позже. Когда экономисты и политики стали просчитывать последствия Брексита. Когда Шотландия и Северная Ирландия заявили о возможном выходе из состава Великобритании, что означало развал страны. Когда экономисты в СМИ рассказывали о сложнейших, многомерных и беспрецедентных проблемах в экономике, связанных с выходом из ЕС. Понимание пришло, но поздно.

В самой Великобритании парламент дал «добро» на выход из ЕС. Королева Елизавета подписала соответствующий закон. Оставалась призрачная надежда на Германию и Францию, которые силой своего авторитета могли бы изменить порядок выхода из Европейского союза, который четко прописан в Лиссабонском соглашении. Но Париж и Берлин сделали вид, что не поняли Лондон. Никаких подвижек в отношении Лиссабонского соглашения не видно.

Эпоха Б. Джонсона

Как же обстоят дела с Брекситом сегодня? Будет положено начало распаду или реформации ЕС, или ситуацию спустят на тормозах? Увы, по тем действиям, которые мы наблюдаем сегодня, вопрос выхода из ЕС для Британии закроет премьер-министр Борис Джонсон. И закроет его окончательно. Об этом говорят не только личные амбиции Джонсона, но и, опять же, английский консерватизм.

Понятно, что Борис Джонсон очень хочет стать современным Черчиллем. Хочет совершить что-то эпохальное. Такое, чтобы «войти в историю Великобритании». Кстати, именно об этом говорят многие аналитики. Но мне кажется, дело далеко не в личных амбициях Джонсона. Ситуация гораздо сложнее и опаснее. На кону политическое устройство государства!

Он спасает политическую систему Великобритании, точнее, одну из основ этой системы. Партию консерваторов, которая потерпела сокрушительное поражение во время выборов местных органов и в Европарламент весной 2020 года, когда вдруг появившаяся партия «Brexit» (британский аналог украинской «Слуги народа») в разы опередила консерваторов.

Сегодня ситуация в Лондоне накалена до предела. Джонсон заявляет, что никакой отсрочки Брексита он просить больше не будет. Эти заявления привели к расколу в Консервативной партии. Шотландия уже открыто заявляет об отделении от Британии.

Вперёд, в будущее

Теперь коротко о будущем, чтобы полностью закрыть тему.

Если Борис остается премьером и не просит об отсрочке, вопрос решает ЕС. Срок? 31 октября — последний день. Итак, ЕС объявляет о введении жесткого Брексита с 1 ноября 2020 года. Правда, тут есть варианты. Брексит могут ввести на короткое время. Но это только в случае, если ЕС (читай: Германия и Франция) захотят «свалить» окончательное решение на Британию.

Но есть и второй вариант. Призрачный, но есть. Вариант смены премьер-министра Великобритании. На самом деле этот финт английских политиков вполне возможен. Учитывая, что даже в стане однопартийцев Джонсона в связи с его действиями наметился раскол… В этом случае вполне возможны новые переговоры с ЕС о переносе Брексита. Причина? Проведение второго референдума по этому вопросу! Но отсрочка, которую может дать Евросоюз Великобритании, не такая длительная. Всего 4 месяца.

В целом же, если говорить о перспективах Великобритании и Европейского союза на ближайшее время, ситуация критическая. «Старая Европа» действительно устала от растущих аппетитов малых стран и, вполне возможно, скоро пойдет на реформирование ЕС или возвращение союза в формат ЕЭС.

Изменение политической ситуации в мире просто не могло не коснуться Европы. К чему это приведет в конечном счете, пока не ясно…

Заметили ош Ы бку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

Список стран Евросоюза на 2020 год

На данной странице вы можете узнать полный список стран ЕС, входящих в состав на 2017 год.

Первоначальной целью создания Евросоюза было соединение угольных и сталелитейных ресурсов всего лишь двух стран Европы – Германии и Франции. В 1950 году нельзя было даже предположить, что спустя определенное время Европейский союз станет уникальным интернациональным образованием, объединившим 28 европейских государств и сочетающим в себе признаки международной организации и суверенной державы. В статье описано, какие страны являются членами Евросоюза, сколько на данный момент полноправных участников ЕС и кандидатов на вступление.

Что такое Евросоюз

Правовое обоснование организация получила значительно позже. Существование международного союза было закреплено Маастрихтским соглашением в 1992 году, вступившим в законную силу в ноябре следующего года.

Задачи Маастрихтского договора:

  1. Создание международного объединения с тождественными экономическими, политическими и валютными направлениями в развитии;
  2. Создание единого рынка посредством создания условий для беспрепятственного передвижения продуктов производства, услуг, и других товаров;
  3. Регулирование вопросов, касающихся охраны и защиты окружающей среды;
  4. Снижение уровня преступности.

Основные последствия заключения договора:

  • введение единого европейского гражданства;
  • отмена режима паспортного контроля на территории стран, входящих в состав ЕС, предусмотренная Шенгенским соглашением;

Хотя юридически ЕС совмещает в себе свойства международного образования и независимого государства, фактически он не принадлежит ни к одному, ни к другому.

Сколько стран-участниц ЕС в 2017 году

Сегодня в состав Европейского союза входит 28 стран, а также ряд автономных областей, находящихся в подчинении основных членов ЕС (Аландские острова, Азорские острова и т. д.). В 2013 году было произведено последнее вхождение в состав Европейского союза, после которого участницей ЕС стала и Хорватия.

Членством Евросоюза обладают следующие государства:

  1. Хорватия;
  2. Нидерланды;
  3. Румыния;
  4. Франция;
  5. Болгария;
  6. Люксембург;
  7. Италия;
  8. Кипр;
  9. Германия;
  10. Эстония;
  11. Бельгия;
  12. Латвия;
  13. Великобритания;
  14. Испания;
  15. Австрия;
  16. Литва;
  17. Ирландия;
  18. Польша;
  19. Греция;
  20. Словения;
  21. Дания;
  22. Словакия;
  23. Швеция;
  24. Мальта;
  25. Финляндия;
  26. Португалия;
  27. Венгрия;
  28. Чехия.

Вступление в ЕС стран, которые вмещает данный список, проходило в несколько этапов. На первом этапе в 1957 году в состав образования вошло 6 европейских государств, в 1973 – три страны, в числе которых и Великобритания, в 1981 году участницей союза стала только Греция, в 1986 – Королевство Испания и Португальская республика, в 1995 – еще три державы (Королевство Швеция, Австрийская республика, Финляндия). Особо плодотворным оказался 2004 год, когда членство ЕС получило 10 европейских стран, в числе которых Венгрия, Кипр и другие экономически развитые государства. Последние расширения, в результате которых количество членов ЕС увеличилось до 28, были осуществлены в 2007 (Румыния, Республика Болгария) и 2013 годах.

Довольно часто у россиян возникает вопрос: «Входит Черногория в Евросоюз или нет?», поскольку валюта страны – евро. Нет, на данный момент государство находится на стадии переговоров по вопросу вхождения.

С другой стороны, существует ряд стран, которые являются членами ЕС, но используемая на их территории валюта не евро (Швеция, Болгария, Румыния и др.) Причина в том, что данные государства не входят в зону евро.

Какие требования к кандидатам на вступление

Чтобы стать участником организации, необходимо соответствовать требованиям, список которых отображен в соответствующем нормативно-правовом акте, получившем название «копенгагенские критерии». Этимология документа продиктована местом его подписания. Документ был принят в городе Копенгагене (Дания) в 1993 году во время заседания Европейского Совета.

Список основных критериев, которым должен соответствовать кандидат:

  • применение на территории страны принципов демократии;
  • человек и его права должны быть на первом месте, то есть государство должно придерживаться принципов верховенства права и гуманизма;
  • развитие экономики и повышение ее конкурентоспособности;
  • соответствие политического курса страны целям и задачам всего Европейского союза.

Кандидаты на вступление в состав ЕС, как правило, подвергаются тщательной проверке, в результате чего выносится соответствующее решение. В случае отрицательного ответа, стране, получившей отрицательный ответ, предоставляется перечень причин, на основании которых было принято именно такое решение. Несоответствия копенгагенским критериям, которые выявляются во время проверки кандидата, необходимо устранить как можно быстрее, чтобы получить возможность на членство в ЕС в будущем.

Официальные заявленные кандидаты на членство в Евросоюзе

Сегодня в статусе кандидатов на вступление в Европейский союз пребывают следующие ассоциированные члены ЕС:

  • Турецкая республика;
  • Республика Албания;
  • Черногория;
  • Республика Македония;
  • Республика Сербия.

Правовое состояние Боснии и Герцеговины, Республики Косово – потенциальные кандидаты.

Заявление на членство Сербия подала в декабре 2009 года, Турция — 1987 году. Следует отметить тот факт, что, если Черногория, подписавшая в 2010 году соглашение об ассоциации, станет членом ЕС, для россиян это может обернуться введением визового режима и, возможно, закрытием границ балканского государства.

Читайте также:  Страны Евразийского экономического союза в 2020 году: список участников

Несмотря на стремление большинства стран стать членами международной организации, существуют и такие, какие выявляют желание выйти из него. Красочным примером может быть Англия (Великобритания), заявившая о возможности выхода в январе нынешнего года. Желание британцев обусловлено наличием ряда причин, в числе которых долговой кризис Греции, снижение уровня конкурентоспособности продукции стран, входящих в ЕС, на мировом рынке и прочие обстоятельства. Провести референдум по поводу выхода из Евросоюза Великобритания планирует в 2017 году.

Процесс выхода из состава ЕС регламентируется пунктами Лиссабонского договора, который имеет законную силу и действует с декабря 2009 года.

Входит ли Россия в состав ЕС

Россия не является членом Европейского союза и даже не подавала заявку на вступление в него. Хотя в 2010 году тогдашний премьер-министр России Владимир Путин выразил надежду на то, что когда-нибудь это произойдет. Во всяком случае, валюта ЕС является хорошим резервным средством расчета, альтернативным доллару.

Что такое Евросоюз

История Союза началась в 1951 г., когда было заключено Парижское соглашение о совместном производстве угля и стали между шестью государствами Европы. Это были первые шаги на пути к объединению. В дальнейшем его история развивалась только по восходящей линии:

  • 1957 г. — создано Европейское экономическое сообщество (ЕЭС).
  • 1973 г. — к Союзу присоединяется еще три государства, в итоге их становится девять.
  • 1978 г. — создание единой валюты, которая начнет широко применяться только в 2002 г.
  • 1992 г. — заключение Маастрихтского договора, который и стал основой для образования Евросоюза.

За все это время Союз постоянно расширялся за счет вступления в него новых членов. На сегодняшний момент в его рядах — 28 европейских государств, которые придерживаются правил, принятых в Евросоюзе. Европарламент имеет в своем составе представителей от всех стран — членов Союза.

Используется единая валюта евро, котирующаяся на финансовых рынках довольно высоко. Она является реальным конкурентом доллару и на рынке очень активно скупается заинтересованными лицами.

Сегодня Евросоюз — это 500 млн жителей (даже не 1 % от населения планеты), но здесь сосредоточено 23 % экономики всей планеты Земля.

Условия вступления

Вопрос о том, входит ли Россия в ЕС, не имеет практического смысла, так как это вхождение невозможно по главному правилу пребывания в Союзе — географическому. Большая часть России находится в Азии, а не в Европе. Хотя, основные экономически развитые субъекты РФ находятся в европейской части.

Потенциальным кандидатам предлагаются следующие условия вступления в 2020 году:

  • Высокий уровень защиты прав человека.
  • Демократическое правление, основанное на принципе равного участия всех граждан государства в демократическом процессе.
  • Конкурентоспособная и ориентированная на рынок экономика.

Наконец, политика государства должна соответствовать целям и установкам Евросоюза и не расходиться с ними. Ведь смысл этого политического образования и заключается в том, чтобы иметь единый взгляд на политические, финансовые и экономические вопросы.

Почему Россия не будет членом ЕС

Если еще в начале XXI века высказывались какие-то предположения о вхождении России в Европейский союз, то в настоящее время они совершенно не обоснованы. Потому что ни по целям экономическим, ни по политическим мотивам нет у страны заинтересованности стать частью ЕС. Если предположить, что такое вступление случится, то какие выгоды получит российская сторона?

  1. Безвизовый режим со странами Европы (Какие безвизовые страны для россиян в 2020 году можно узнать пройдя по этой ссылке).
  2. Свободный доступ к здравоохранению и образованию высокого уровня (Про уровень жизни в Европе можно прочитать по этой ссылке).
  3. Широкую возможность для получения хорошей работы в любой европейской стране (Как найти работу в Европе можно посмотреть пройдя по данной ссылке).

Но все эти выгоды перекрываются теми отрицательными моментами, которые неминуемо последуют после вступления в ЕС:

  1. Повысится уровень безработицы (Статью про уровень безработицы в России в 2018-2020 годах можно почитать пройдя по данной ссылке).
  2. Закроются многие предприятия, а некоторые отрасли промышленности просто исчезнут (например, отечественный автопром).
  3. Зависимость от европейской валюты превратит Россию в энергетический придаток Евросоюза.

И в целом такое слияние с Европой лишит Российскую Федерацию части суверенитета, так как все свои внешнеполитические действия необходимо будет согласовывать с Европарламентом и следовать курсу той политики, которой придерживается Евросоюз. Россия не может в угоду европейским интересам поступиться собственными.

Немаловажно также и то, что некоторые европейские ценности идут в совершенном противоречии с традиционными взглядами большинства россиян.

Внешние торговые отношения России

Но все же определенные шаги на сближение между Россией и Европой делаются:

  • 1994 г. Заключено Соглашение о партнерстве и сотрудничестве между Россией и ЕС. Европа поставляет в Россию высокотехнологическое оборудование и автомобили, а Россия энергоресурсы.
  • 2002 г. Владимир Путин предложил ввести безвизовый режим для Калининградской области, но европейцы пока оставили этот вопрос на будущее рассмотрение.

Помимо этого, у России давние и хорошие торговые, экономические связи с некоторыми странами Евросоюза, такими как Чехия, Италия, Германия. Для России выгодна не интеграция в Европу, а взаимное сотрудничество в разных сферах.

Пока в состав ЕС входит 28 стран, но на этом европейские политики останавливаться не собираются. На стадии рассмотрения заявок находятся Сербия, Македония, Черногория, Албания и Турция. Последняя страна подала заявку еще в 1987 г., но до сих пор европейцы отказываются принять Турцию в Союз.

В перспективе рассматривается возможность интеграции Украины и Грузии. Во всяком случае эти страны выказывают желание стать частью объединенной Европы.

У процессов интеграции есть свои положительные и отрицательные моменты. К отрицательным надо отнести тот факт, что страны, ставшие частью Союза, утрачивают часть своей независимости, вынуждены обрести общие стандарты во всех сферах жизни. И должны быть всегда готовы принять решения, даже если те противоречат национальным интересам.

Отношения России и Евросоюза в 2020 г.: возможности, ограничения, вероятные тренды

Сделать ее заметнее в лентах пользователей или получить ПРОМО-позицию, чтобы вашу статью прочитали тысячи человек.

  • Стандартное промо
  • 3 000 промо-показов 49
  • 5 000 промо-показов 65
  • 30 000 промо-показов 299
  • Выделить фоном 49
  • Золотое промо
  • 1 час промо-показов 10 ЗР
  • 2 часa промо-показов 20 ЗР
  • 3 часa промо-показов 30 ЗР
  • 4 часa промо-показов 40 ЗР

Статистика по промо-позициям отражена в платежах.

Поделитесь вашей статьей с друзьями через социальные сети.

Ой, простите, но у вас недостаточно континентальных рублей для продвижения записи.

Получите континентальные рубли,
пригласив своих друзей на Конт.

Прогнозируя развитие отношений между Россией и Евросоюзом на ближайшую перспективу, надо учитывать, что после 2014 г. эти отношения продемонстрировали высокий уровень устойчивости, и, по всей видимости, инерция нынешней динамики (или, вернее, инерция отсутствия динамики) будет сохраняться. В 2020 г. состоялись выборы в Европейский парламент, прошло обновление состава Европейской комиссии и других руководящих органов ЕС, в целом определился новый европейский баланс политических сил. Можно предположить, что 2020 г. окажется в целом более спокойным и менее нервным для Европы, чем завершающийся 2020 г. Хотя, разумеется, нельзя исключать новых сюрпризов от таких стран как Польша или Италия, а также смещения на 2020 г. тяжести решения основных проблем, связанных с выходом Великобритании из ЕС.

В России, по мнению большинства экспертов, «запас прочности» политической системы достаточен для того, чтобы пройти 2020 г. без значительных рисков дестабилизации, а уже накопленная финансовая «подушка безопасности» позволит руководству страны гарантировать социально-экономическую стабильность при любых флуктуациях мировой экономики, глобальных цен на энергоресурсы и при любых измерениях режима международных санкций в отношении Москвы. Реальный политический вызов власти может оформиться позднее, — вероятно, не раньше парламентских выборов в сентябре 2021 г. Соответственно, до конца 2020 г. нет оснований ожидать появления каких-то новых внутренних факторов, стимулирующих существенные подвижки в подходах Евросоюза к Москве или в подходах России к Брюсселю.

Факторы неопределенности

Тем не менее, особенности и направленность внутренних процессов, протекающих в Европейском союзе и в России, несомненно, будут оказывать воздействие на двусторонние отношения. Для ЕС, на наш взгляд, главным фактором неопределенности остается уровень политического единства и способность или неспособность нового составе Еврокомиссии успешно противостоять центробежным тенденциям в ЕС и давлению популистов в отдельных странах — членах Союза. Понятно, что новое наступление популистов и углубление внутренних противоречий в ЕС будут порождать в Москве искушение воспользоваться разобщенностью Союза для достижения «сепаратных» договоренностей со своими традиционными европейскими партнерами. При том, что именно на Москву многие в Европе неизбежно будут возлагать основную ответственность за разброд и шатания в ЕС. Сильная и сплоченная Еврокомиссия ограничит возможности «избирательного вовлечения» Кремлем удобных для себя европейских партнеров.

С другой стороны, слабый и разобщенный Европейский союз едва ли решится на серьезную внутреннюю дискуссию о перспективах своей стратегии в отношении Москвы за рамками согласованных почти четыре года назад пяти «принципов Могерини» из-за опасений еще больше подорвать и без того хрупкое внешнеполитическое единство стран-членов. Как известно, сохранение санкций в отношении России является не столько инструментом воздействия Брюсселя на Москву, сколько одним из немногих остающихся символов «европейского единства». Слабый Евросоюз будет вынужден играть на удержание существующего статус-кво и минимизацию потенциальных рисков, связанных с переменами.

Для России основным фактором неопределенности, как представляется, остается уровень социально-политической напряженности в стране и особенности реакции властей на эту напряженность. Если уровень напряженности будет расти на протяжении 2020 г. (что может выразиться, например, в увеличении числа и масштабов митингов, пикетов, демонстраций и прочих проявлений уличной политической активности), а реакция властей на эту активность будет ужесточаться (силовые разгоны, превентивные задержания и обыски, судебные процессы и суровые приговоры), то Европейский союз окажется вынужденным так или иначе реагировать на новую ситуацию. Это неизбежно создаст дополнительные препятствия для диалога между Брюсселем и Москвой и активизирует силы, вообще не желающие вести никакого диалога с Россией.

Если общий уровень напряженности окажется относительно низким, а реакция на него со стороны властей будет относительно мягкой, то предпосылки для российско-европейского диалога будут более благоприятными. Помимо всего прочего, низкий уровень напряженности будет дополнительным аргументом для тех в Евросоюзе, кто считает российскую социально-экономическую и политическую системы достаточно гибкими и адаптивными, чтобы сохранять свою устойчивость на протяжении обозримого будущего. Если это так, что вновь и вновь откладывать диалог с Москвой, рассчитывая на неизбежные радикальные политические перемены в России, для Евросоюза просто не имеет смысла.

Из внешних факторов, которые будут оказывать воздействие на отношения между Россией и Евросоюзом в 2020 г., наиболее существенными представляются следующие:

1. Итоги президентских выборов в США в ноябре 2020 г. Победа демократов приведет к по крайней мере частичному восстановлению былой трансатлантической солидарности и позволит повысить уровень координации политики США и ЕС на российском направлении. Москве придется снова столкнуться с «консолидированным Западом», что неизбежно ограничит свободу маневра для российской политики. С другой стороны, победа Дональда Трампа, по всей видимости, будет способствовать дальнейшему углублению атлантических противоречий, что позволит Москве закрепить свои нынешние тактические преимущества в отношениях с «разъединенным Западом».

2. Состояние американо-китайских отношений. Дальнейшее обострение торгово-экономического и военно-политического противостояния США и КНР, эволюция международной системы в сторону жесткой биполярности создаст дополнительные ограничения для российско-европейского взаимодействия, например, в реализации многосторонних «евразийских» проектов. Россия будет ориентироваться на все более тесный альянс с Китаем, в то время как Европа будет вынуждена следовать в фарватере политики США. И, наоборот, возможное смягчение конфронтации Вашингтона и Пекина позволит Москве и Брюсселю избежать многих ограничений, диктуемых жесткой биполярной конструкцией.

3. Ситуация на Ближнем Востоке. Неожиданное и существенное обострение ситуации на Ближнем Востоке — эскалация в Сирии или Ливии, острый кризис в Египте или в Саудовской Аравии, ирано-саудовский и/или ирано-израильский конфликт, новый масштабный поток беженцев из региона — способны оказаться важными стимулами для углубления российско-европейского сотрудничества. Особенно, если обострение ситуации будет происходить на фоне продолжающегося сворачивания американских обязательств в регионе. Сохранение нынешнего статус-кво позволяет предположить также сохранение нынешнего (низкого) уровня взаимодействия России и ЕС в регионе. В то же время, некоторые сценарии эскалации (например, полномасштабное наступление сил Дамаска на Идлиб с использованием химического оружия одной из сторон конфликта) создаст дополнительную серьезную проблему в отношениях России и Европейского союза. Любое обострение проблемы миграций из региона Ближнего Востока в ЕС будет представляться как часть враждебной стратегии Москвы в отношении Европы.

Читайте также:  Экономика Италии в 2019-2020 году: ВВП, характеристика, структура и особенности развития

4. Положение в мировой экономике. Существует вероятность того, что в 2020 г. мировая экономику войдет в стадию очередного циклического кризиса, или даже в ней начнется системный глобальный финансовый кризис, подобный тому, который разразился в 2008–2009 гг. По всей видимости, будущий системный кризис станет более драматическим, чем прошлый, поскольку сегодня основные игроки мировой экономики менее склонны сотрудничать друг с другом в борьбе с кризисом, чем это было десятилетие назад. Новый кризис будет подрывать экономическую основу российско-европейских отношений, усиливать протекционизм и национализм — как в ЕС, так и в России. В кризисной ситуации возможности позитивного взаимодействия Москвы и Брюсселя будут ограничены. И, наоборот, ускорение развития европейской и российской экономик повысит заинтересованность обеих сторон в расширении сотрудничества.

Вероятные риски

Прогнозируя вероятные сценарии дальнейшего ухудшения отношений России и ЕС, представляется возможным упомянуть следующие риски, вытекающие из нынешних трендов в этих отношениях:

Общее ухудшение положения в сфере европейской безопасности в связи с прекращением действия договора о РСМД, деградации системы мер укрепления доверия, начало гонки вооружений, в том числе в сферах, связанных с высокими технологиями (при том понимании, что военно-политическая ситуация в Европе на протяжении 2020 г. принципиально измениться не может, а резкого увеличения военных бюджетов европейских стран не предвидится);

Продолжение конкуренции за влияние на постсоветском пространстве, включая Восточную Европу, Южный Кавказ и Центральную Азию (распад политической коалиции в Молдове осенью 2020 г является негативным сигналом); особое существенное негативное воздействие на отношения окажет дальнейшее расхождение позиций по вопросам урегулирования ситуации в Донбассе;

Обострение субрегиональной конкуренции России и Европейского союза (особенно опасной представляется такая конкуренция на Западных Балканах в условиях возможного острого политического кризиса в одной или нескольких странах Западных Балкан);

Активизация информационной войны в Европе (например, Европейский союз может согласовать «черный список» российских СМИ, а Россия — значительно расширить собственный список европейских «нежелательных организаций»); нельзя исключать новых расследований в отдельных странах ЕС, связанных с обвинениями России во вмешательстве в выборы, в поддержке сепаратистов и политических экстремистов.

Усиление противостояния России и отдельных членов Евросоюза в общеевропейских организациях (ПАСЕ, ОБСЕ); будущий год станет сложным периодом в жизни общеевропейских организаций, на которые будет оказываться сильное политическое давление;

Дальнейшая политизация энергетического сотрудничества России и Брюсселя (например, возникновение новых проблем в завершении работ по «Северному потоку — 2», демонстративный отказ отдельных стран ЕС от продолжения газовых контрактов с Россией;

Столкновение российских и европейских интересов в отдельных регионах мира, включая Африку и Латинскую Америку; особенной проблемой способна стать российско-европейская конкуренция за преференциальные отношения с Турцией.

К сожалению, нельзя полностью исключить и таких «черных лебедей», как печальный инцидент в марте 2018 г. в Солсбери или инцидент в Керченском проливе в ноябре того же года. Такого рода события способны привести к очередному обострению отношений между Москвой и Брюсселем, независимо от того, кто является их инициатором и исполнителем. Особенностью нынешнего этапа отношений России с Евросоюзом является то, что для существенного прогресса в этих отношениях необходимо достижение видимого прогресса по всему фронту взаимодействия сторон, а для нового кризиса достаточно единичного заметного негативного события в любой сфере. Эта особенность делает процесс восстановления даже ограниченного сотрудничества крайне хрупким и неустойчивым; такая ситуация сохранится и в наступающем 2020 г.

Потенциальные возможности

В то же время, можно выделить несколько наиболее перспективных направлений сотрудничества России и Европейского союза, на которых при благоприятном стечении обстоятельств уже на протяжении 2020 г. реально достичь некоторых практических результатов:

Прогресс в урегулировании конфликта на востоке Украины. Недавний внутриполитический скандал в США, связанный с Украиной, еще больше затрудняет конструктивную вовлеченность Вашингтона в разрешение кризиса. Для США украинский кризис объективно не так важен, как для Европы, а тем более — для России. С другой стороны, новое руководство в Киеве проявляет больше нацеленности, чем его предшественники, на достижение мирного урегулирования в Донбассе. Судя по всему, Москва готова (или могла бы) проявить больше гибкости в своем подходе к реализации Минских договоренностей украинской стороной, чем это было раньше. Если на предстоящем саммите «нормандской четверки» удастся продвинуться вперед в реализации «формулы Штайнмайера», то уже в начале 2020 г. появятся новые возможности для подключения Евросоюза к мирному процессу, в том числе и к программам постконфликтной реконструкции Донбасса.

Расширение взаимодействия на территории «общего соседства». Ни Россия, ни Европейский союз не заинтересованы в дальнейшем обострении ситуации на этой территории. Пример нескольких постсоветских государств, например, Армении, показывает, что баланс влияния России и ЕС не обязательно должен в итоге представлять нулевую сумму.

Углубление взаимодействия по вопросам, связанных с Ираном. Россия и Европейский союз занимают не тождественные, но близкие позиции по таким вопросам как ядерная и баллистическая программы Ирана, роль Ирана в Сирии и в регионе в целом. С учетом происходящей эскалации ирано-американских и ирано-израильских отношений (эта тенденция, по всей видимости, сохранится и в 2020 г.), более активная координация усилий России и Европейского союза на иранском направлении представляется не только возможной, но и крайне важной.

Начало полноценного политического диалога между ЕС и ЕАЭС. В 2020 г. этот диалог мог бы быть переведен с нынешнего технического уровня на политический. Его возможным содержанием были бы вопросы координации многостороннего сотрудничества в Центральной Азии, реализация европейской концепции «сопряжения», а возможно — и обсуждение хода реализации китайского проекта «Одного пояса и одного пути».

Подготовка нового «энергетического/экологического плана» для Европы. Есть основания надеяться, что политически сложные проблемы, касающиеся судьбы проекта «Северный поток —2» и будущего украинского газового транзита, будут так или иначе разрешены на протяжении 2020 г. Если это произойдет, то можно постараться «деполитизировать» энергетическую повестку дня в Европе. Она могла бы включать, например, проблемы изменения климата, перспективы энергетического сотрудничества между Евросоюзом и Евразийским экономическим союзом, вопросы стандартов, энергобезопасности и энергоэффективности, подготовку кадров и обмен опытом.

Повышение гибкости режима европейских санкций в отношении России. На протяжении 2020 г. трудно ожидать отмены санкций ЕС в отношении России, даже при условии прогресса в урегулировании украинского кризиса. Однако Еврокомиссия могла бы поставить перед собой более скромную задачу — модифицировать механизмы их применения. Исторический опыт показывает, что санкции — тем более двусторонние — не работают, если у каждой из сторон нет возможности оперативно реагировать даже на относительно небольшие подвижки в поведении другой стороны. В середине 2016 г. идею модификации санкционного механизма ЕС высказывал Штайнмайер, и за три с половиной года она нисколько не утратила своей актуальности.

Сохранение общеевропейских пространств. Несмотря на происходящее углубление раскола Европы по оси Восток — Запад, пока удается сохранять единые общеевропейские пространства в таких областях как наука, образование и культура. В 2020 г., при условии прогресса на других направлениях, эту связующую роль гуманитарных пространств стоило было бы еще более усилить. Например, стороны могли бы выступить с инициативой взаимно либерализации визового режима или вообще отмены виз для студентов, ученых и деятелей искусства и культуры.

Разработка новой «дорожной кары» по развитию ОБСЕ. В 2020 г. будут отмечаться юбилеи Астанинской декларации (10 лет), Парижской хартии (30 лет) и Хельсинского акта (35 лет). задачу укрепления Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе. В 2016 г. начал свою работу структурированный диалог по военно-политическим вопросам, который оказался одним из наиболее продуктивных форматов коммуникации между Востоком и Западом в Европе. ОБСЕ по-прежнему остро нуждается в политической поддержке со стороны как Евросоюза, так и России.

Не следует, конечно, полагать, что реализация в 2020 г. некоторых и даже большинства из перечисленных выше направлений сотрудничества приведет к какой-то «перезагрузке» отношений между Москвой и Брюсселем. Нынешняя «стратегическая расстыковка» России и Европы вызвана не только и не столько разногласиями по конкретным вопросам — даже и таким важным как Украина или Сирия, но глубокими расхождениями по фундаментальным вопросам мировой политики, ее содержания и движущих сил, приоритетным задачам и желательной модели будущего мирового порядка.

До тех пор, пока эти расхождения не будут преодолены, отношения между Москвой и Брюсселем останутся по преимуществу отношениями соперничества. Следовательно, ближайшая общая задача России и Европейского союза состоит в том, чтобы сократить издержки и снизить риски, неразрывно связанные с этим соперничеством. Однако, достижение даже скромного прогресса в отношениях на протяжении 2020 г., создание атмосферы позитивной динамики уже было бы очень важным итогом года, завершающего очень трудное и для Евросоюза, и для России десятилетие мировой политики.

Brexit в режиме выживания: что ждет Британию в 2020 году

После голосования в палате общин стало понятно: Соединенное Королевство покинет Евросоюз 31 января (осталось лишь голосование в палате лордов и в Европарламенте). На этом первый этап Brexit будет завершен, однако впереди переговоры о торговых отношениях с ЕС. В Еврокомиссии (ЕК) «Известиям» заявили: они начнутся, как только Британия выйдет из Евросоюза. При этом всё чаще раздаются разговоры об угрозах территориальной целостности Соединенного Королевства: о своем желании отделиться вновь заявила Шотландия, она намерена ратовать за повторный референдум о независимости, а Северная Ирландия, которая после выхода будет фактически окружена границами с двух сторон, теперь получит шанс объединиться с оставшейся в ЕС Республикой Ирландия.

Сделка за 11 месяцев

В конце декабря 2020 года палата общин одобрила обновленный вариант сделки по Brexit, которую глава правительства Борис Джонсон за пару месяцев достиг с Евросоюзом. Собственно, основные моменты согласовала еще его предшественница Тереза Мэй, однако из-за проблемного пункта «бэкстоп» по британо-ирландской границе это соглашение трижды провалилось в парламенте, а сама политик была вынуждена уйти с поста.

Свою роль сыграли решительность Бориса Джонсона и ультиматум «Либо новая сделка, либо обвальный выход». И вот 20 декабря британские законодатели открыли стране путь на выход из Евросоюза. Впереди осталось два голосования — в палате лордов (по оценкам экспертов, 7–8 января) и в Европарламенте (до 29 января). Однако уже сейчас можно сказать: первый этап Brexit практически завершен. Это значит, что после 31 января 2020 года Британия войдет в переходный период, за который должна договориться с партнерами — и в первую очередь с ЕС — о будущем взаимной торговли.

Переходный период завершится в конце 2020-го, затем его можно будет продлить еще на два года. Борис Джонсон решительно настроен завершить все процедуры за 11 месяцев, какими бы ни были итоги переговоров. Однако если продление все-таки потребуется, то о нем важно договориться до 1 июля 2020 года, пояснили «Известиям» в Еврокомиссии.

Премьер-министр Великобритании Борис Джонсон выступает в Палате общин в Лондоне, Великобритания, 20 декабря 2020 года

В общих чертах характер отношений Лондона и Брюсселя обрисован в 27-страничной политической декларации, идущей в связке с обновленным соглашением. В ней стороны договорились сближать позиции по широкому спектру тем — от введения санкций до борьбы с терроризмом. Ключевой аспект — будущее экономическое партнерство, центром которого должно стать соглашение о свободной торговле (при перемещении товаров отменяются таможенные пошлины, налоги и сборы). При этом подчеркивается необходимость расширять сотрудничество за пределы норм Всемирной торговой организации (ВТО) в целом ряде сфер — от интеллектуальной собственности до госзакупок.

Читайте также:  Диагностика и лечение в Южной Корее без посредников в 2020 году: клиники, стоимость и отзывы

Однако конкретики относительно переговорных позиций у сторон пока нет — по всей видимости, для их обнародования все ждут 31 января.

— Мы представим Евросовету проект переговорного мандата сразу же после выхода Соединенного Королевства из ЕС, — отметили в Еврокомиссии. — Будущие отношения должны основываться на балансе прав и обязанностей, а также обеспечивать равные для сторон условия.

Британский политический истеблишмент раскололся на оптимистов и скептиков: кто-то считает, что Борис Джонсон с его боевым характером сможет выбить из ЕС максимально выгодное торговое соглашение; кто-то же уверен, что на согласование всех нюансов уйдут годы.

— Говорят, цель Бориса Джонсона достичь сделки до 31 декабря 2020 года — чрезмерно амбициозна. Однако считается, что он прекрасно уложится в этот срок и заключит рамочное соглашение, — поделился с «Известиями» источник в Вестминстере от правящих консерваторов. — Политическая декларация обеспечивает хорошую базу для дальнейших обсуждений, а все необходимые детали можно будет уточнить уже потом.

В оппозиции к этим переговорам относятся гораздо более пессимистично. Как рассказал «Известиям» Энтони Хук, член ЕП от «Либеральных демократов», проигравших на недавних выборах в Палату общин, в интересах Великобритании оставить за собой максимальный доступ к европейскому рынку и соответствовать стандартам Евросоюза. А для этого 11 месяцев будет явно недостаточно, заверил политик.

К слову, меньше всего 31 января ждут именно 72 британских евродепутата: для них выход из Евросоюза равнозначен потере работы.

По двум границам

Самый проблемный пункт в переговорах о сделке Британии и ЕС — режим британо-ирландской границы — может возникнуть и во время диалога по торговле. Согласно обозначенному механизму, после Brexit у Северной Ирландии появится две границы — та, что отделит ее от Великобритании по Ирландскому морю, и та, что пройдет вдоль соприкосновения Ольстера с Республикой Ирландия. Чтобы сделать эти границы максимально прозрачными и сохранить Северную Ирландию частью Соединенного Королевства, Лондон и Брюссель согласовали следующие меры.

Как часть Британии Северная Ирландия должна вместе с ней покинуть таможенный союз (ТС) ЕС. При этом вплоть до 2025 года она сможет участвовать в едином европейском рынке (ЕЕР). Таким образом, Ольстер станет окном в таможенную зону Евросоюза — в частности, потому, что Лондон не станет налагать тарифы на те товары, которые будут попадать в Северную Ирландию, если они не предназначены для транспортировки на британскую территорию. У ассамблеи Северной Ирландии (однопалатный парламент) будет право раз в четыре года голосовать за то, чтобы сохранить этот режим или отказаться от него.

Таможенный союз (вторая стадия интеграции) предполагает общий таможенный тариф и переход стран объединения к единой торговой политике в отношении третьих государств. ЕЕР (третья стадия интеграции) означает, что к свободному передвижению товаров в рамках ТС прибавляется беспрепятственное перемещение услуг, лиц и капиталов. В ситуации с Северной Ирландией возникает вопрос: можно ли выйти из ТС и при этом остаться в ЕЕР? Как показывает опыт Норвегии, можно: при свободном передвижении товаров, услуг, капиталов и людей страна имеет право на самостоятельную торговлю с третьими государствами.

Со стороны Северной Ирландии, которая в 2016 году высказалась против Brexit (55,8% голосов), сторонниками членства Ольстера в Соединенном Королевстве является Демократическая юнионистская партия (ДЮП). Как пояснил «Известиям» лидер фракции ДЮП в палате общин сэр Джеффри Дональдсон, его партия поддержит правительство, если торговое соглашение с ЕС предотвратит создание таможенной границы в Ирландском море, которая отделит Ольстер от крупнейшего рынка — Великобритании.

— Соглашение о выходе указывает, что у предприятий Северной Ирландии должен быть свободный доступ на британский рынок, однако прописанные в нем таможенные процедуры могут помешать нам торговать внутри нашей же собственной страны, — отметил сэр Джеффри. — Заключая торговое соглашение, Лондон и Брюссель должны решить эту проблему, избежав жесткой границы на острове Ирландия.

Учитывая, что после Brexit Северная Ирландия окажется фактически зажатой между двух границ, возникает вопрос: не решит ли Ольстер отделиться от Соединенного Королевства и объединиться с соседней Ирландской Республикой? Опросы общественного мнения показывают, что такая идея поддержкой большинства не пользуется. По данным The Irish Times от 7 марта 2020 года, за референдум по объединению высказываются 38% североирландцев, против — 45%.

Шотландская клетка

Несколько иначе ведет себя другая административная единица Королевства — Шотландия. Если Белфаст не создает особого шума, то из Эдинбурга уже давно раздаются призывы провести еще один референдум о независимости. Одно такое голосование прошло в сентябре 2014 года, и тогда против независимости высказались 55,3% шотландцев. В то время премьер-министр Британии Дэвид Кэмерон заявил: еще одного шанса выйти из Соединенного Королевства у Эдинбурга уже не будет.

Референдум 2016 года, на котором Шотландия решительно высказалась за членство в ЕС (это мнение выразили 62% жителей), дал правящей Шотландской национальной партии (Scotland National Party — SNP) повод для очередных претензий к Лондону. Как неоднократно отмечала лидер партии и первый министр региона Никола Стерджен, Шотландия «станет единственной территорией в Великобритании, которая покинет ЕС против своей воли и не будет иметь слова по поводу будущих отношений с Европой».

После недавних выборов в палату общин политик официально призвала Лондон передать Эдинбургу полномочия, которые позволят ему провести плебисцит о независимости. Правительство эту идею категорически отвергло. При этом, как и в Северной Ирландии, однозначной поддержки у инициативы нет: по данным опроса The Sunday Times, проведенного в начале декабря 2020 года, за независимость высказываются 44% шотландцев, против — 50%.

Как пояснил сэр Джеффри Дональдсон, залогом того, что Северная Ирландия и Шотландия останутся в Соединенном Королевстве, стало бы сохранение инвестиций в эти регионы. К слову, по сравнению с другими частями страны, государственные расходы здесь значительно выше — по данным парламентского доклада за 2018–2020 годы, в Ольстере на одного человека приходится £11,5 тыс., а в Шотландии — £11,2 тыс., что на 21% и 17% соответственно выше, чем в среднем по стране.

— Лучший способ сохранить целостность Соединенного Королевства — экономическое процветание всех четырех регионов. Brexit дает Британии шанс усилить свои позиции в глобальной торговле. А быть частью крупнейшей в мире экономики — большая выгода для каждого гражданина страны, — отметил сэр Дональдсон.

Собеседник «Известий» в Вестминстере также пришел к выводу, что разговоры о независимости Шотландии — не более чем бравада.

— Как только Британия выйдет из ЕС в конце января, все аргументы Эдинбурга отпадут сами собой, — отметил политик, пожелавший остаться анонимным. — Даже если, вопреки позиции премьер-министра, референдум состоится, Шотландия к тому времени будет вне ЕС и, таким образом, по определению не сможет претендовать на финансовую поддержку Брюсселя.

Без внешней помощи — будь то ЕС или британские налогоплательщики — шотландская экономика нежизнеспособна, а потому референдум о независимости в подобных обстоятельствах станет самоубийственным шагом, подытожил источник.

Клуб «Валдай»

Для любой страны ротация власти, приход на ключевые посты новых людей – непростая проблема. Достаточно взглянуть на США или Великобританию. В текущем году ЕС продемонстрировал, что даже для такого устоявшегося и продвинутого интеграционного объединения, как он, это тоже встряска. О том, что ждёт ЕС с новой командой, пишут эксперты Марк Энтин и Екатерина Энтина.

Команда, на которой в итоге остановили выбор государства-члены, была принята в ЕС далеко не сразу. И дело не в том, что к новым председателям Европейского совета, Европейской комиссии, Европейского центрального банка, Европейского парламента и к высокому представителю по иностранным делам и политики безопасности есть претензии.

Просто до выборов электорату дали обещание, что во главе Комиссии встанет тот, за кого проголосует большинство. Оно выполнено не было. Первоначально рассматривались другие кандидатуры на руководящие посты. По ним консенсуса достичь не удалось. Выбор показался «с душком», поскольку походил на сделку: меритократические критерии принесли в жертву личным предпочтениям «кингмейкеров».

Главное – создалось впечатление, что ЕС вышел из очередного раунда ротации власти ослабленным, а не окрепшим. Европарламент сейчас более фрагментирован, чем раньше, – правящее большинство составили представители слишком разных политических течений. Его лишили завоёванной им ранее возможности автоматически определять председателя ЕК.

Поэтому он с места в карьер бросился отстаивать свою главенствующую роль среди институтов ЕС, что для объединения государств, а не субъектов федерации, противопоказано. Первыми же своими резолюциями Европарламент постарался продемонстрировать, что он святее Папы Римского – радикализм парламенту вообще чужд.

Боясь провала, председатель и члены ЕК наобещали чересчур много: совершить «зелёный» разворот экономики, декарбонизацию и прочее; восстановить престиж и влияние ЕС в мире; решить, причём определённым образом, огромное количество проблем. Теперь данные обещания надо выполнять.

Соответственно, возникают три вопроса. Первый – нужно ли это делать? Второй – имеется ли у ЕС достаточно ресурсов, силы воли и сплочённости? Третий – есть ли у него выверенная стратегия и понимание того, в каком направлении нужно двигаться?

По первому вопросу имеются сомнения. Программные заявления проникнуты популизмом. Их потребуется доработать, продумать, пропустить через экспертизу специалистов. Это касается энергетики, климата, социальных и миграционных сюжетов, внешнеполитических и военно-стратегических инициатив.

Ультрасмелые меры стимулирования энергетически-климатического перехода тяжким бременем лягут на экономику, затруднят решение приоритетной задачи повышения конкурентоспособности в борьбе за рынки с США, Китаем и другими странами АТР. Военно-стратегические амбиции натолкнутся на противодействие сторонников главенствующей роли НАТО. Обещание дать Европарламенту законодательную инициативу вообще противоречит учредительным договорам.

Относительно ресурсов мнения расходятся. Подчёркивается, что экономический рост в ЕС вялый – на уровне 1–1,2%. У конкурентов намного выше. Значит, ЕС будет им проигрывать. Он до сих пор полностью не оправился от всех перенесённых кризисов, что тоже будет мешать. Но критики ЕС забывают: это вторая экономика мира; ёмкий внутренний рынок; лучшая в мире социальная система; вторая по значимости резервная валюта; колоссальные финансовые ресурсы. За несколько лет в реальный сектор экономики закачают под триллион евро. С законодательства ЕС по-прежнему многие берут пример.

Хуже всего обстоит дело с ответом на третий вопрос. Общие направления укрепления ЕС очевидны: цифровизация экономики, энергетическое самообеспечение, модернизация ВПК. Однако признаком того, что стратегией придётся безотлагательно заняться, служит франко-германская инициатива.

Париж и Берлин предложили всем остальным созвать конвент о будущем Европы. Мандат – обсудить, куда идти, с какой скоростью и как. Календарь – быстро определиться с созывом, чтобы к председательству Германии в Совете ЕС во второй половине 2020 года уже иметь повестку дня. К председательству Франции в 2022 – итоговый результат.

Инициативу встретили скептически. Однако раскритиковали лишь отдельные её моменты и шероховатости. Сама же идея прямо играет на интересы франко-германского тандема и ЕС. В какие сроки её реализуют, покажет, имеются ли у ЕС достаточная сплочённость и стремление к обновлению.

От первых ста дней нового состава ЕК ждут многого. Ей надо спешить: необходимо оправдать кредит доверия. По плечу ли – мы вскоре увидим.

Что касается отношений с Россией, она, напротив, спешить не будет. Хотя запрос на их нормализацию слышен всё отчетливее. В Брюсселе, Париже и Берлине понимают: они ослабили свои позиции в мире, пойдя на конфронтацию. Но им надо сначала обкатать новых людей в высших эшелонах власти, помочь им притереться, дать понять, какова расстановка сил, и только после этого действовать.

Обнадёживает, что новые люди в ЕС этот запрос чувствуют, его осознают и – главное – не несут ответственность за ошибки предшественников, могут себе позволить более разумную и рациональную политику.

Ссылка на основную публикацию